Шпенглер, Освальд
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ Ш >

ссылка на XPOHOC

Шпенглер, Освальд

1880–1936

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Освальд Шпенглер

По интеллекту и эрудиции Освальд Шпенглер (1880-1936) значительно превосходил большинство тех, кто рассматривается — спра-

_____

* От названия северо-западного региона Альп – Jura.

[100]

ведливо или нет — как предтеча нацизма. Он был по образованию математик и философ, но его сочинения представляют его философствующим историком, всесторонне знающим и понимающим ведущие цивилизации мира от глубокой древности до нашего времени. Шпенглер был малоизвестен до того, как он опубликовал первый том своей знаменитой книги Der Unlergang de Abendlandes * в 1918 г., незадолго до конца Первой мировой войны. Второй том появился в 1922 г. Сто тринадцать тысяч экземпляров книги уже были реализованы, когда окончательная редакция обоих томов была опубликована в следующем году (997, 998), после чего последовало множество переизданий.

«Закат Европы» была написана для образованной аудитории и была прочитана ей. Но в действительности Шпенглер «профессиональную, научную, лекторскую философию» презирал. Тем не менее, книга вызвала огромный интерес профессиональных философов и историков. Первое издание содержало ошибки в деталях, на которые специалисты не преминули указать, но гораздо сложнее было бросить вызов основным выводам автора. Мышление Шпенглера и его широкие познания вызывают уважение. Он велеречив, но даже обширные пассажи, которые кажутся не имеющими отношения к основной мысли, интересны. Это была действительно поглощающая внимание книга, и она сохраняет большую часть интереса и ценности до сих пор.

Сочинения Шпенглера должны быть рассмотрены довольно подробно, отчасти из-за их самостоятельной научной ценности, отчасти потому, что они были зачастую неправильно поняты, а также и потому, что Шпенглер выдвигает оригинальное видение природы цивилизаций. Возможность создания цивилизации в целом рассматривается в качестве подтверждения интеллектуальных возможностей, и этот вопрос будет рассмотрен в главе 27 настоящей работы, но здесь стоит упомянуть идеи Шпенглера, касающиеся нашей темы.

Шпенглеровская Европа — это вся Европа, лежащая к западу от реки Висла, Адриатическое море с добавлением Северной Америки. Он рассматривал Россию как цивилизацию, совершенно обособленную от Западной Европы, и активно отрицал искусственное разделение Евразийского континента по Уральским горам. Его книга была в первую очередь посвящена упадку западной цивилизации, четко определенной им, но, в порядке рассмотрения этого вопроса, он счел необходимым рассмотреть происхождение, рост и падение всех самых известных цивилизаций мира.

Читатель «Заката Европы» вполне может задаться вопросом, почему книга такого рода считается кем-либо одним из косвенных поводов возникновения национал-социализма. Эта книга категорически не пропагандистская. Она не подталкивает никого к каким-либо действиям, она лишь ставит целью рассказать о том, что, по мнению автора, неиз-

_____

* «Закат Европы».

[101]

бежно случится. Там нет ничего говорящего читателю об особых достоинствах германцев или об особых пороках евреев. В книге этим двум группам уделяется намного меньше внимания. Шпенглер намеревался просто изложить свои взгляды на судьбы — взлет и падение — разных народов на протяжении истории. Он признает, что каждый великий народ, который поднялся и пришел в упадок, сделал это своим, отличающимся от других народов путем, но он обнаруживает значительное сходство в самом процессе возвышения и упадка и предполагает, что окончательного упадка не удастся избегнуть никому. Коротко говоря, тезис Шпенглера заключается в том, что цивилизация Запада вступила в фазу неизбежного упадка.

Шпенглер разделяет процесс подъема и упадка на четыре стадии или «духовные эпохи». В первой — население, «Urvölk» * «интуитивно-сельскохозяйственное» (Landschaftlichintuitiv), нет больших городов, но интеллектуальные процессы уже зарождаются. В западном мире этот период примерно был с 900 до 1300 г., хотя соответствующий период в истории Индии может быть зафиксирован, к примеру, в 1500-1200 гг. до н.э. Западные мыслители этой эпохи — это философы, писатели и теологи, такие как Франциск Ассизский, Фома Аквинский, Дунс Скот и Данте. Этому первому, начальному периоду наследует второй, который Шпенглер называет «период культуры», в течение которого люди — теперь Kulturvölk — достигают своего высочайшего роста. Города развиваются и становятся центрами культуры. «Традиции» важны на этой стадии. Они могут быть определены в признании благородства, церкви, привилегий, династии, в искусстве — в обычаях, в науке — в ограничении интеллектуальных возможностей. Западная цивилизация находилась в этой фазе с XIV или XV века до конца XVI 1-го. Некоторые имена, которые казались наиболее выдающимися Шпенглеру в этот период: Савонарола, Лютер, Кальвин, Галилей, Бэкон, Декарт, Бруно, Лейбниц, Паскаль, Ферма, Ньютон. К концу второй эпохи Шпенглер обнаруживает обеднение религии, в Англии связанное с появлением пуританства. Этому наследует с некоторым временным наложением «осень» или период разума, когда большие города развиваются еще активнее. Интеллектуальное творчество на высоте благодаря Локку, Вольтеру, Руссо, Лапласу, Гете, Канту и Гегелю, но использование разума — по предположению Шпенглера — переоценено, а религия уже слишком рационализирована.

Далее наступает — в XIX веке, в случае западного мира — фаза, которая является главной темой книги. Народ теряет ощущение общности. Города слишком большие, слишком многонациональные, больше не являются центрами того народа, который создавал культуру. Возникает международная — столичная урбанистическая (weltstadtische) цивилизация, которую Шпенглер рассматривал как эпоху упадка культуры. Города населены людьми, лишенными традиций, они проявляются в

___

* Коренной народ.

[102]

бесформенных, колеблющихся массах, нерелигиозных, непродуктивных, наполненных глубокой антипатией к крестьянству. Духовная созидающая сила потеряна, и религия начинает заменяться этическими и практическими концепциями, которые, по мнению Шпенглера, влияют на народ крайне плохо. Абстрактное мышление вырождается в «профессиональную, научную, лекторскую философию», что уже было упомянуто. Достаточно странно, что Шпенглер упоминает Ницше, как пример этой тенденции — Ницше, о котором он говорил, что обязан ему больше, чем кому-либо, кроме Гете! (Он замечает в другом месте, что Ницше «подъехал к вратам, но остался стоять перед ними».) Вместе с Ницше Шпенглер создал парадоксальную коллекцию мыслителей, имена которых для современных ушей вовсе не связаны с декадансом. Сюда он относит: Бентама, Конта, Дарвина, Спенсера, Маркса, Шопенгауэра, Вагнера, Ибсена, Гаусса. В политике в целом господствует тенденция перехода от индивидуальной культуры, которая делает народ великим, в сторону интернационализма, пацифизма и социализма.

Это, по Шпенглеру, будущее всех цивилизаций: окончательный упадок.

Цивилизация есть неизбежная судьба культуры. Здесь мы достигаем того пункта, с которого становятся разрешимыми последние и труднейшие вопросы исторической морфологии. Цивилизация — это те самые крайние и искусственные состояния, осуществить которые способен высший вид людей. Они — завершение, они следуют как ставшее за становлением, как смерть за жизнью, как неподвижность за развитием, как умственная старость и окаменевший мировой город за деревней и задушевным детством, являемым над дорикой и готикой. Они — неизбежный конец, и, тем не менее, с внутренней необходимостью к ним всегда приходили.

С точки зрения настоящей книги, наиболее важный вопрос — это что Шпенглер подразумевал под словом Völk , когда он использовал его применительно к группе мужчин и женщин, создавших культуру. (Оригинальное слово Völk будет использоваться здесь, потому что «народ» является слишком расплывчатым, «нация» и «раса» являются для данного случая неточными, а английское слово «народ», «folk», так или иначе вызывает ассоциации с ничтожностью и интеллектуальной бедностью.) Очевидно, именно в этом Шпенглер был наиболее неправильно понят, потому что его длинные речи исчерпали запас терпения множества его читателей. Надо понять, в противоположность тому, что можно предположить, Шпенглер придает очень мало значения этническому составу различных Völker, которые развились и стали Kulturvölker. Он говорит, в частности, что Völker «не являются ни языковой, ни политической, ни биологической, но только духовной общностью». Он определял Völk как «сообщество людей, которые сами ощущают себя едиными», и в замечательном примечании он утверждает, что действия группы людей

_____

* Народ.

[103]

являются тем, что превращает их в Völk. «Великие исторические события, — пишет Шпенглер, — осуществляются фактически не Völkem: напротив, великие события в первую очередь создают Völker».

Чтобы сделать взгляды Шпенглера на расовые проблемы совершенно понятным раз и навсегда, необходимо привести довольно обширную цитату из его книги.

Не следует полагать, что какой бы то ни было народ могло сплачивать просто единство телесного происхождения и такая форма могла бы продержаться хотя бы на протяжении десяти поколений. Необходимо повторить еще и еще, что это физиологическое происхождение существует только для науки и ни в коем случае — не для народного сознания и что этим идеалом чистой крови никакой народ никогда не вдохновлялся. Обладание расой  — это вовсе не что-то там материальное, но нечто космическое, нечто направленное, ощущаемое созвучие судьбы, единого шага и поступи в историческом бытии.

В 1919 г., через год после появления первого тома «Заката Европы» и за три года до появления второго тома, Шпенглер опубликовал маленькую странную книжку, озаглавленную «Пруссачество и социализм» (999). Веймарская республика уже была учреждена, чтобы заменить империю Бисмарка и Гогенцоллернов. Задачей исследования Шпенглера стало объединить крайне левых (независимые социалисты и коммунисты) и крайне правых (монархистов и консерваторов) в единую общность, которая начнет противостояние и в итоге уничтожит Веймарскую парламентскую республику. Книга написана в стиле, настолько отличающемся от «Заката Европы», что трудно поверить, что они написаны одним автором: действительно, я порой ловил себя на том, что открывал книгу на титульном листе, чтобы убедиться, не читаю ли я по ошибке другого автора. Большая часть ее написана короткими, резкими предложениями: книга целиком пропагандистская и неинтеллектуальная. Шпенглер в ней — адвокат социализма, который обозначал как примету упадка в «Закате Европы», но вряд ли многие социалисты назвали бы так предложенную им систему. Шпенглер настаивал на том, что каждый дает определение социализму так, чтобы он удовлетворил его собственным целям. Марксизм он осуждает, он рассматривал Маркса как деструктивного критика, а не создателя, и полагает его только «отчимом» социализма. Только германцы, не евреи, могут быть истинными социалистами. Он считал, что реальное руководство должно осуществляться элитой, но возможность стать членом правящей группы должна быть открыта для всех. «Я надеюсь, что никто не останется в ничтожестве, если он был рожден, чтобы повелевать, и никто не будет командовать, если он был для этого рожден». Шпенглер, однако, совершенно не признавал советский эксперимент в социализме. В пассаже, весьма характерном для книги в целом, он замечает, что: «Ничто не может быть более плачевным, чем попытки протестантизма

____

* Шпенглер имеет в виду Volk – Прим. Д.Р. Бейкера.

[104]

оживить свой труп снова с помощью большевистских испражнений». При социализме Шпенглера частная собственность и наследование богатства не будет отменено, но промышленники будут вынуждены действовать в рамках жестких правил, установленных властью. Работодатель станет, в некотором смысле, правительственным чиновником. «Коммерция управляет государством, — спрашивает он, — или государство — коммерцией?» Но ни политических партий, ни выборов не будет.

Шпенглер утверждал, что в той мере, в которой консерваторы сохранили истинный дух пруссачества, они являлись социалистами (в его понимании), не подозревая об этом. «Старый прусский дух и убеждения социализма, которые ненавидят друг друга братской ненавистью, — есть одно и то же». Шпенглер чрезвычайно восхищался прусским духом. По его мнению, это было «чувство жизни, инстинкт, неспособность быть иным». Фридрих Вильгельм I (отец Фридриха Великого) показал направление развития пруссачества, создав централизованное, бюрократическое государство. Идеал Шпенглера не имел ничего общего с пацифистскими, интернациональными взглядами многих традиционных социалистов.

Нам нужен класс социалистов-мастеров (по натуре)... социализм означает мощь (Macht), мощь и еще больше мощи. Планы и идеи ничто без мощи. Путь мощи требует: ценная часть германского рабочего сообщества (будет действовать) в сочетании с лучшими приверженцами старого прусского чувства государства, оба определенные на основе строго социалистического государства, демократизация в прусском смысле.

Истинные социалисты спрашивают «не прав себе, но обязанностей для самих себя».

Поскольку Шпенглер настаивал на создании националистического и социалистического государства, это оказалось достаточным, чтобы его включили в число идейных отцов национал-социализма, но он оказался слишком большим индивидуалистом (номинально являясь социалистом), чтобы иметь нечто общее с национал-социалистической партией. Шпенглер никогда не поддерживал нацистские доктрины и никогда не был членом НСДАП. Его нелюбовь к евреям не базировалась на той основе, что они представляют собой отдельный этнический таксон. Он только возражал против культурного влияния евреев и хотел видеть их интегрированными в немецкую нацию.

Осенью 1932 г., в изданном собрании сочинений, Шпенглер осудил политику Гитлера, но его «Годы решений», опубликованные вскоре после прихода к власти нацистов в 1933 г., показывают мировоззрение автора несколько двусмысленно (521). Тем не менее, даже незначительная оппозиция не допускалась в это время в Германии. Продажи книг Шпенглера были остановлены (хотя уже множество экземпляров было распространено), а периодической печати было запрещено даже упоминать его имя. Нацисты считали Шпенглера «предшественником, пошедшим по неверному пути» (521).

[105]

Его окончательное затмение произошло при забавных, почти смешных обстоятельствах. Фон Леерсом была написана небольшая брошюра, призванная изменить сложившийся образ Шпенглера как одного из тех, кого истинный нацист должен был уважать (647). Шпенглер постепенно развил в себе необъяснимую антипатию к различным «цветным» народам мира, включая японцев. Нацисты же искали дружбы, в частности, с этой «цветной» нацией. «Каким образом японская агрессия в Маньчжурии и Монголии затрагивает нас? — спрашивал фон Леерс. — Это целиком японско-китайско-русская проблема». По странной иронии судьбы, Шпенглер был атакован этим доктринером нацизма за его общую антипатию ко всем «цветным» людям.

Шпенглер не досаждал режиму, он просто исчез из поля зрения общественности и умер от сердечного приступа в 1936 г. Сколь иной могла бы быть его репутация сегодня, если бы он никогда не писал «Пруссачество и социализм», а умер после публикации второго тома «Заката Европы» в 1922 г.!

[106]

Цитируется по изд.: Бейкер  Джон Р. Раса. Взгляд белого человека на эволюцию. / Джон Р. Бейкер, перевод с английского М.Ю. Диунова. – М., 2015, с. 100-106.


Вернуться на главную страницу Шпенглера

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС