Александр ПРИБ
       > НА ГЛАВНУЮ > СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ > СТАТЬИ 2011 ГОДА >

ссылка на XPOHOC

Александр ПРИБ

2011 г.

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Александр ПРИБ

Раскается ли Господь, что создал Человека?

О формировании национального самосознания российских немцев, вернувшихся в фатерланд

Предательство духа происходит тогда, когда в человеческих душах теряется грань между Богом и Сатаной, между правдой и ложью, между реальностями и миражами. Если мы не сумеем противостоять натиску темных сил, то нас ждут пустые алтари, мертвый Бог и управление мира Антихристом.

В погоне за эфемерными либеральными ценностями эпоха пытается уничтожить сама себя. Мы же, в большинстве своем, остаемся безмолвными свидетелями этого процесса?

Или мы хотим, чтобы Господь, видя великое развращение людей, стал сожалеть, что создал человека!? Или же мы, не желая погибнуть, хотим возвратиться на праведный путь? Вот где сегодня - водораздел, вот та демаркационная линия, которая жестоко и кровоточаще проходит через наши сердца и истерзанные души. От того в какую сторону качнется наш духовный маятник зависит - есть ли у нас будущее или человечество ждет бесславный конец.

+ + +

Нам, германороссам, не повернуть историю вспять, не вернуть к жизни цветущие немецкие поселения на Волге и Украине, на местах которых сегодня заброшенные пустыри поросшие чертополохом, не воскресить сотни тысяч безвинных жертв наших соплеменников, павших от рук десятилетиями зверствующих на просторах великой России большевиков. Нам это не дано.

Однако нам дано другое: сохранить, приумножить и передать потомкам духовное наследие наших предков - немецких колонистов России, внесших неповторимый вклад в ее духовное, культурное и экономическое развитие.

Волею судьбы немцы России стали прочным связующим звеном между двумя великими культурами Европы - русской и немецкой. Такова наша историческая, если не Божественная, миссия. И кому, как не нам, следует продемонстрировать миру, что  между нами нет никакой мировоззренческой пропасти, что и Европу, и Россию  объединяет одинаковые устремления и целеполагания, главным содержанием которых является неуемная жажда жизни, которую питают Духовность и Вера в божественное начало человека и всего сущего на земле.

Путь, который мы прошли уже здесь в Германии, у каждого начался в разное время и складывался по-разному, но у всех одинаково в наших судьбах то, что этот путь не был усыпан розами. Но мы, как когда-то и наши предки, прибывавшие в Российскую империю в 18-19 веках, не отчаялись, мы, засучив рукава, смело взялись за работу, так как немцы умели и умеют ее делать - без нытья, слез, суеты, мужественно, деловито, достойно. И Германия уже успела оценить наше старание, наше стремление к продолжению достойной человека жизни.

Благодаря усердию и трудолюбию, за короткий срок мы добились здесь неплохих результатов: имеем надежную работу; многие из нас основали собственное дело и создали рабочие места не только для себя, но и для своих земляков; построили дома; молодые рожают и воспитывают  детей; пожилые радуются внукам, заботятся о них.

Наша народная группа занимает сегодня в Германии первое место по трудовой занятости, превосходя коренное население. И, пожалуй, не менее важным для нас является то, что мы ни духовно, ни физически не порвали с Россией, мы сохраняем с ней прочную связь. Многие из нас успели наладить серьезные деловые отношения с российской стороной. Вместе с нами в Германию в массовом порядке переселились (а нас здесь вместе с народвшимися в последние десятилетия детьми и внуками более пяти миллионов!) русский язык, русская культура, русский храктер. Своим появлением здесь мы подспудно начали кропотливую работу по ликвидации веками искусственно  создаваемой между Западом и Востоком цивилизационной пропасти, и мы ежедневно и ежечасно своими делами и своими поступками продолжаем эту большую и важную для наших народов работу.

Переместившись в Германию, мы не не только не растеряли духовное родство с русским народом, а, наоборот, оно еще более усилилось, и мы храним его в своих сердцах, как драгоценный нравственный груз.

Мы вернулись к нашим историческим, культурным и национальном истокам, чтобы вместе с соотечественниками, строить достойное человеков будущее. И нам нужны в этом деле надежные союзники, каковыми для нас бесспорно являются русские.

Мы приехали домой отчетливо осознавая, что это наша страна, и окружает нас наш народ, и теперь от нас всех вместе зависит будущее наших родов и немецкого государства в целом. А это будущее, помимо всего, мы, германороссы, накрепко связываем с нашей второй родиной Россией, которая так же дорога нам и особенно ее прекрасный, трудолюбивый и великодушный народ, с которым мы на протяжение 250 лет бок о бок жили, трудились, переживали вместе победы и поражения, радостные и трагические события, обогощали друг друга духовно, нравственно и физически, например, через те же смешанные браки.

Германия великая страна, но мы сегодня с болью и тревогой наблюдаем за ней, как с болью и тревогой наблюдаем и за Россией. Главное в судьбах нас роднящих, это то, что мы через тернии, наделав немало трагических ошибок, нашли в себе мужество остановиться, оглядеться, покаяться, и вновь чуть ли на уровне инстинкта потянуться друг к другу.

В Германии мы обозначаем себя «российскими немцами» или «германороссами». Термин «германороссы», определяющий принадлежность немецких колонистов к двум этносам - «германцам» и «россам, русам», был незаслуженно забыт в России в советское время. А ведь он широко применялся в обиходе еще во времена Пушкина и Кюхельбеккера. На мой взгляд это понятие, как никакое другое, объясняет глубинную метафизическую сущность нашей диаспоры.

Понятие «германороссы» несет в себе колоссальную смысловую нагрузку, объясняя нашу ментальность как духовно-нравственное содержание и образ мышления.

В нашем случае речь идет о реальном феномене истории, суть которого заключается в том, что германский менталитет, с которым наши предки обосновались в России и попали под детерминирующее влияние русского языка и русской культуры, претерпел определенную метаморфозу, в результате которой сформировалась совершенно новая общность людей!

При наслоение и смешение двух христианских менталитетов – германского и славянского – не могло не произойти обусловленного формирования в колонистской среде и совершенно новой ментальности, которая стала основой для формирования неизвестного прежде коллективного характера. И, если учесть, что из Германии в Россию ехали самые предприимчивые, самые смелые, самые уверенные в себе люди, то и система социокультурных и этнокультурных ценностей германского происхождения у них была очень высокой. Этот показатель в новых условиях был доминантным, немцы не позволяли себе в измененных обстоятельствах приобретать из окружающей их среды качества низшего порядка. Но в тоже время их менталитет был открыт для обогащения лучшими качествами русского народа, среди которого они стали жить и трудиться.

250 лет мысли, побуждения, чувства немецких колонистов России корректировались согласно окружающей их цивилизационной специфики и национальной ментальности, выражающихся в национальном характере славянина. Таким образом создавалась особая конфигурация, в которой формировался характер германоросса, носителя лучших черт обоих народов, Иначе, традиционное германское сознание, то есть, система мировоззрения, основанная на этнической базе, в процессе интеграции в новую среду впитывало и включало в себя приоритетные, наилучшие качества, присущие русскому этносу.

Усвоение немецкими колонистами новых образцов поведения, психологических установок, социальных норм и ценностей, знаний и навыков позволяли им более успешно функционировать в незнакомых условиях. В их среде быстрыми темпами происходила социализация - становление новой неизвестной на европейском континенте прежде личности. В данном случае, случае взаимодействия с новой для колонистов средой обитания, происходило формирование личности элитного плана и улучшенного во всех отношениях менталитета этой этнической группы.

Наш уникальный опыт борьбы за жизнь в экстремальных условиях в итоге стал  выражаться в особенном поведение, определяющем новую этническую картину мира. Главным же содержанием этого менталитета, с которым мы возвратились на Родину предков, были и остаются глубоко осознанная религиозность; священное отношение к труду, особенно на земле, как к делу богоугодному; прочные семейные узы; высочайшая любовь к отеческим гробам и к Родине, как высшему воплощению человеческой мечты о счастье; коллективизм, целомудрие, любовь к ближнему; умение сопереживать и соучаствовать; негативное отношение к неуемному меркантилизму, гедонизму и расточительству.

Именно такими мы предстали перед нашим народом после столь долгих лет отсутствия. Да, вначале наши соплеменники, коренные немцы, отнеслись к нам с осторожностью, поскольку поведенчески, ментально мы уже не были похожи на них. Однако познакомившись с нами ближе в процессе совместной жизни - в быту, во время учебы, работы, они, наконец, по достоинству оценили благоприобретенные нами в России качества. И уже сегодня германороссы становятся людьми все более уважаемыми и все более предпочтительными перед другими претендентами, к примеру, для работодателей Германии при устройстве на работу.

А это дорого стоит! Это говорит о том, что мы и здесь выстояли, мы не сдали в архив те качества, которые заметно отличают нас от местных. Мы осознанно бережем в своих семьях наш второй язык общения - русский язык, передавя его по наследству своим детям и внукам, тем самым обогащая их сознание, их души, их интеллект русским пафосом и русской культурой. Примером тому служат множество частных русскоязычных детских садов и школ, открытых нашими воспитателями-педагогами для детей германороссов в Германии.

В связи с этим мы задаем нашим политикам резонный риторический вопрос: являемся ли мы - германороссы - благом для Германии или им милее и ближе эмигранты со всего белого света, носители чуждых нашему государству культур, религий, менталитетов? Хотите ли вы сохранить Германию как немецкое, христианское государство или ставите перед собой задачу создать из нашей страны мультикультурный Вавилон, воздвигаемая вами башня которого рано или поздно рухнет и погребет всех нас под своими обломками? А имеете ли вы право бездарно разбазаривать наш национальный и религиозный потенциал, веками создаваемый великим трудом, бдениями, молитвами многих поколений наших предков?  Эти важные вопросы не дают нам покоя.

Народ складывается тысячелетиями и связан внутри себя генетическим и физическим родством. Земля, на которой живут люди, окружающий их ландшафт, климат, условия проживания, характер труда, пища, совместные тяготы и лишения, формируют национальный характер. Земля не принадлежит человеку, но человек принадлежит земле, он прочно связан с ней. Любой народ, оторвавшись от родной земли и подавшись на чужбину в поисках счастья за далекими морями, становится заложником того народа, среди которого он пытается жить. История являет миру бесконечное число подобных исторических фактов, а мы в данном случае, на мой взгляд, являемся примером классическим, поскольку прошли весь свой триумфально-трагический путь по замкнутому кругу - от переселения в Россию, до возвращения на землю предков.

Каждый человек в отдельности есть частица своего народа. Нам, германороссам, на собственном примере пришлось это испытать. Живя два с половиной столетия на просторах России, для окружающего нас народа мы всегда находились в трафаретном образе представителей германской нации. И мы не имели права выйти из условных рамок этого трафаретного сознания. И, если наши предки до переселения в Российскую империю были мало связаны между собой и территориально, и языково, и ментально, так как принадлежали к различным германским этническим группам и расселялись по разным уголкам империи, то Россия исподволь объединяла нас в единую общность, накрепко связывая наш образ, наше сознание, наше поведение с метрополией, в какой бы новой организационной, экономической, политической ипостаси Германия не пребывала, как бы не трансформировалась в различные организационно-политические формы в ходе своего исторического развития. И избежать этого мы никак не могли даже в том случае, когда  у кого-то от немецкости почти ничего, кроме немецкой фамилии, не оставалось.

Более всего, в единое целое нас сцементировали наши общие победы на ниве созидания и наши общие беды, которые мы как немцы испытали и в Первую, и во Вторую мировые войны, а так же во время кровавой революционной вакханалии времен большевизма.

Живя в России, мы, в отличие от ее коренных народов, должны были в полной мере нести ответственность не только за себя, но  и за всю Германию, за ее народ, за его деяния.

И власть, и окружающие нас люди, особенно на крутых виражах истории, напоминали нам о том, что мы принадлежим к германской нации, к германской культуре со всеми ее доблестями, достоинствами, пороками и недостатками. Эта наша принадлежность к германцам утверждалась не только подспудно самим обществом, в котором мы жили, но и подчеркивалась посредством различных государственных указов и постановлений. И даже если кто-то из нас хотел мимикрировать, смешаться с аборигенами, стать незаметными, нам это не удавалось, русское окружение не позволяло нам такой роскоши.

Мы всегда были под пристальным вниманием окружающей нас среды, находясь под пристрастным индикатором, который безотказно действовал по принципу: «свой-чужой». Чтобы избежать излишних трений, нам ничего другого не оставалось, как стремиться быть лучшими из лучших: более честными, более трудолюбивыми, более терпимыми, более добродушными, более богобоязненными, более законопослушными. Этот процесс длился до тех пор, пока перечисленные качества не стали нашей внутренней сущностью, нашим общим для всех характером. Другого пути у нас попросту не было.

Фактом является то, что в ходе двух мировых войн, когда в смертельной схватке дважды столкнулись между собой русские и немцы, мы непременно оказывались между молотом и наковальней. И наши ряды во время этих кровавых событий катастрофически таяли, но наш немецкий дух, независимо от наших желаний, становился от этих испытаний только крепче.

Российская власть невольно сделала нам мощную прививку против ассимиляции, а невзгоды и беды, выпавшие на нашу долю, только цементировали немецкую диаспору России, делали ее единой в делах и помыслах. А эти помыслы, сплавленные волей, были просты по форме, но не по содержанию: первое – выжить на огненных перекрестках истории, сохранить свои роды, а в них наполненный неукротимой жаждой жизни дух, и второе – рано или поздно, но возвратиться в старое Отечество, так как испытания и мытарства, которые мы в изобилие вкусили  в пределах России, доказали нам, что продолжить свое существование в качестве немецкого народа мы можем только в национальном окружение, только в пределах германского государства.

Тем не менее, следует отметить, что на сегодня около ста тысяч разрешений на въезд немецких семей из России в Германию остаются неиспользованными. То есть, около ста тысяч семей этнических немцев, несмотря на разрешение германской власти на репатриацию, навсегда решили остаться в России, что свидетельствует о том, насколько глубоко за истекшие столетия жизни в российской среде в души немцев проникла русская культура, и им приходится мучительно выбирать между двумя культурами и, в конце концов, принимать то или иное очень нелегкое для себя решение.

Нам же, кто возвратился в Отечество, приходится констатировать, что за годы наших скитаний по просторам России мы стали многократно больше немцами по духу, чем были наши предки, когда они обоз за обозом уходили в Россию в поисках призрачного счастья. Увы, большого счастья в России мы не обрели, но закалили свой характер, выпестовали волю, а в итоге, оказалось, стали «немчее», чем сами немцы, которые оставались все это время у себя дома, но оказались в плену исторических обстоятельств и собственных или навязанных им извне мифов и аллюзий.

Велико же было наше удивление, приведшее к разочарованию, когда мы, в поисках утерянного счастья вернулись в родную обитель и не обнаружили здесь того, чего ожидали. А именно, мы не нашли здесь мощного германского духа, под сень которого, под защиту которого так долго, стремились. Увы, наша любовь к Отечеству оказалась неразделенной, невостребованной и не столько народом, сколько властью.

Великое наше разочарование вскоре сменилось грустными размышлениями о том, что же произошло с нашей Родиной?

И опять нам с сожалением приходится констатировать, что за истекшие после войны десятилетия, в течение которых победители перевоспитывали немецкий народ, в душах и умах многих наших соплеменников произошла чудовищная потеря чувства патриотизма. Насколько глубоко и насколько широко проник антигерманизм в глубинную суть народа, сказать трудно, но мы это хорошо видим, так как именно нам свежим и непредвзятым взглядом дано было рассмотреть то множество идеологических, политических, моральных, философских, культурных проблем, которые волна за волной накрывают сегодня немецкое общество.

Нам приходится констатировать, что многие наши сограждане стали стыдится своего немецкого происхождения. Наша печаль усиливается оттого, что верховная власть Германии олицетворяет тенденцию к денационализации и к мультикультивации общества, которая по своему положению и призванию должна была бы, наоборот, оберегать, развивать и сохранять национальную идентичность граждан, вверивших им свою судьбу и свое будущее.

Нам приходится констатировать, что этническая (родовая, кровнородственная) принадлежность вчерашнего германца стала подменяться территориально-политической принадлежностью. Так, согласно теории неолиберализма, немец (deutsch-«дойчландянин», созвучное слову «россиянин») является немцем ввиду своего проживания в Германии, и не важно, кто он собственно - африканец, араб, еврей или турок. Хотя любой здравомыслящий человек понимает, что выдачей паспорта не сменишь ментальную сущность человека, как курица, оказавшаяся среди гусей, не становится гусыней, а остается курицей. Получив германское гражданство, африканец, индус, китаец никогда не станет немцем.

Но более всего нас удивило, а вернее шокировало, что нас здесь вовсе не ждали. И не столько простой народ, который в большинстве своем относится к германороссам с пониманием и признанием, сколько власть. Оказалось, что для политического истеблишмента любой иностранец в Германии более желателен, чем мы!

Неужели только потому, что мы прибыли из России!?

И это никакой не парадокс, это осознанная политика нашего государства Но кому - в угоду? Не в угоду ли главному жандарму мира – США!?

Нам с большим огорчением приходится констатировать, что Германия за время нахождения на пике процветания в 60-е - 80-е годы во многом растеряла национальный дух, моральные и нравственные качества. И эти потери есть пример тому, когда желудок берет верх над духом. На фоне сытости в людях безудержно росла и физиологическая потенция, которая вскоре привела к сексуальной революции, выразившейся в засилье похоти и бесстыдства. И, как следствие, общество пришло к признанию свободной, ни к чему не обязывающей любви, к принятию за норму омерзительных по своей сути однополых браков и наделению подобных ублюдочных семей правом воспитывать детей.

Очевидно, что та же сверхсытость требовала больше удовольствий и усиления остроты ощущений, и вот уже легализованы наркотики, порноиндустрия, а права отдельной личности стали доминировать над правами народа и страны. Апологеты неолиберализма, который есть так же следствие сверхсытости, стали открыто и нагло призывать к разрушению национального самосознания народа, попирать семью, как основу государства и беззастенчиво насаждать обществу мульти-культурные ценности, ведущие нацию в небытие. Наши дети становятся беззащитными перед натиском мракобесия и скоро, очевидно, мы будем не в силах им хоть как-то помочь.

В связи с этим я привожу здесь четверостишье из поэтического сборника «Верность», в котором заключен крик мятущейся души русского поэта из Прионежья, ныне покойного, Евгения Токарева, озабоченного будущим наших детей:

И все-таки страшней всего на свете,
 Не приведи, Господь, про это знать,
 Когда сердца остудят наши дети,
 И связь времен не станут понимать.

А ведь мы уже почти достигли пика непонимания в отношениях со своими детьми, и события 11 декабря 2010 года на Манежной площади в Москве, когда свой протест существующему на просторах России государственному безумию вышли выражать практически дети - наглядное тому подтверждение!

Я не думаю, что русские и немцы тотально поддались тлетворному влиянию неолиберализма и лишились чувства национального самосознания и национального самосохранения, поскольку этому подвержены люди с нечистой совестью, которые, слава Богу, еще в меньшинстве. Другое дело, что именно такие люди через этаблированные партии правят в наших странах политическим балом.

Безусловно, я вовсе не призываю к национализму в его негативных проявлениях, каким является великодержавный шовинизм, а лишь констатирую закономерности социальной психологии, когда социальная зависимость и подчиненность внешней силе есть ничто иное, как национальное унижение, как наглая духовная оккупация человеческих душ антихристианскими ценностями.

Понятно, что прививаемый, например, немцам   национальный инфантилизм это - прямой результат поражения в войне, который трактуется через постулат римских легионеров и звучит как: «Горе побежденным!». И мы, германороссы, с отчаяньем увидели и ощутили все это на себе. Мы увидели, что некоторые наши соплеменники стали безразличны к будущему своей нации и собственному государству и удручились этим!

Мы вынуждены констатировать, что разложение национального сознания, коснувшееся тех немцев, кто оказался слаб духом, привело к потере ими национальной солидарности, к национальному нигилизму. В конечном итоге у части наших сограждан это явление приобрело форму национального мазохизма. При этом вызывает полнейшее недоумение парадоксальный факт: некоторые наши граждане, не говоря уже о политиках, более негативно относятся не к чужакам, сотнями тысяч из года в год наводняющим страну, а именно к нам, германороссам!

А ведь, казалось бы, что именно мы, этнические немцы, законо- и богопослушные, трудолюбивые, многодетные, свято верящие в семью, как в основу жизни и вечное продолжение человеческоого рода, способные положительно повлиять на демографическую ситуацию в стране, на первых порах заменить иммигрантов на непрестижных работах, должны бы были иметь приоритет перед всеми ними. Ничего подобного! Ни с чем другим, как с театром дикого абсурда такую ситуацию сравнить невозможно!

А разве не тоже самое сегодня происходит в России, когда после распада СССР за ее бортом оказались десятки миллионов русских? Но вместо того, чтобы сделать все возможное и вернуть огромный потенциал русской нации в отеческое лоно, власть России демонстрирует свое нежелание и свою несостоятельность решить данный вопрос. Впитывая же на протяжение двух последних десятилетий в русскую этносферу кого угодно, но только не русских, власть закладывает под Российскую государственность мощную мину, которая может взорваться в любой момент, когда критическая масса народного гнева переполнит чашу терпения.

Невозможно поверить, чтобы и германская, и российская власть не понимают того, что впуская в свои страны миллионы людей другой культуры, религии, менталитета не осознают всю пагубность последствий подобной самоубийственной политики. А, если понимают, то выходит, что они позволяют себе манипулировать интересами собственных народов, действует им в ущерб и, в конечном итоге, ставят на карту само существование наших государств!

«Кто постоянно ходит под себя, в одну из ночей задохнется в собственных нечистотах», - говорил индейский Вождь Сиэтла - Великий Вождь из Вашингтона. Будем спорить с этим мудрым высказыванием старого индейца или поостережемся, поскольку ведь он истину говорит и тысячу раз прав!?

Немцев не любят, когда они сильны, и презирают, когда они слабы. То же самое можно сказать и о русских. Уж такова наша общая судьба. И от нас зависит, на что мы сделаем ставку. Пока же нам видется, что наша власть и власть сегодняшней России выбрали второе, то есть, слабость. И, если так будет продолжаться и дальше, то уже очень скоро мы получим в свой адрес заслуженное презрение от народов, нас окружающих.

Безусловно, что власть ответственна за то, что происходит с людьми и со страной, но и мы, люди, выбирающие себе эту власть, тоже должны взять на себя ответственность за эту власть, за то, насколько она радеет о своей стране, о своем народе и его достойном будущем. И если угроза будущему исходит от самой власти, то наша задача - задача народа, поставить эту власть в ответственное положение, и принудить ее сделать ставку на защиту интересов собственных граждан, а не на защиту прав и интересов чужого дяди. И только когда мы сами начнем уважать себя, когда мы станем сильными и независимыми, нас будут уважать и другие. А то, что при усилении нашего национального потенциала кто-то будет не любить Германию или Россию, то это нисколько не должно нас беспокоить.

Национальные интересы должны быть превалирующими в государстве, и это – аксиома! В этом главная суть демократии. Мы же вместо народовластия имеем некий суррогат, состоящий из безволия, нежелания, несостоятельности, безхребетности и скудоумия. Нами управляет эгоистичная, продажная «элита» никак не связанная с нашими народами, никак не связаная с формированием в человеке высоконравственной, богоподобной, духовной личности.

В этом самая трагическая проблема сегодняшней либеральной демократии. До тех пор, пока демократия не научится быть патриотичной, ни о каком народовластии речи быть не может! Демократии с оккупационным лицом не бывает и не может быть. А то, что мы сегодня называем демократией – это не более чем иллюзия, попытка выдать желаемое за действительное. В Германии, например, даже права на народный референдум нет,  какая уж тут демократия!?

В России же у государствообразующего народа нет права называть себя русскими!..

Все вышеперечисленное мы - германороссы - хоть и не сразу, но все же смогли разглядеть по возвращению на родину предков. А смогли разглядеть мы это и понять суть происходящих событий лишь потому, что сохранили свою национальную идентичность. К тому же, у нас есть свежий, незамыленный взгляд, и действительность мы видим не в радужном цвете, а в настоящем, в таком, в каком она видится на самом деле, а вовсе не в кривом зеркале, которым власти вынуждает пользоваться народ.

Именно поэтому мы и нежелательны германской власти, что многое видим и многое понимаем, чего, по ее разумению, не следует видеть и понимать. Мы потому и нежелательны, что не в пример другим не только сохранили в себе нашу немецкую сущность, но и приумножили ее, обогатив славянской сущностью.

И, что же из этого следует? А следует из этого одно, что за нами остается выбор: стыдиться ли нам и комплексовать, что мы не такие, как все, или наоборот гордиться этой своей неординарностью. Да, мы не такие как все, но «не такие» вовсе не означает чужие. Относительно земли своих предков, на которую мы возвратились с чистыми помыслами и ясным сознанием, с глубоким ощущением себя немцами, патриотами своей страны, мы – свои! А чужие - те, кто мало берег нашу страну и стал на путь расточительства не ими накопленного национального самосознания, национального богатства и национального достоинства народа.

Нельзя сегодня без горечи наблюдать за тем, что насаждает нам власть Германии, как и нельзя без горечи наблюдать то, как сегодняшняя, «либерализованная» на скорую руку, Россия пытается семимильными шагами догнать Запад и идет тем же пагубным путем, которым уже прошла, к примеру, наша страна – Германия. А, что в итоге? А в итоге перед нами маячит уже не кризис, а мировоззренческая катастрофа.

Неужели с высоты Кремлевских башен власть России не видит и не понимает, что возведение в политический фетиш неолиберальных ценностей уже привело европейские государства в нравственный, этнический, экономический тупики? Неужели она не видит, что Европа уже стоит у края социальной пропасти, что она подошла к концу, к той грани, за которой видится исчезновение христианской цивилизации и гибель белой расы?

Неужели в Москве не понимают, что сегодня именно Запад с великой надеждой смотрит на Россию, как на спасительницу от совершения всеми нами последнего рокового шага в бездну небытия. Если к этой пропасти подвигнется и упадет в нее Россия, то ждать спасения христианской цивилизации уже будет неоткуда?

Следование по пути постмодернизма, как его понимает и интерпретируют сегодняшние неолибералы, это – путь, отдаляющий нас от изначального интимного замысла, который был вложен в человека Господом при его сотворении!

Следование по пути начертанному нам неолиберализмом,  мы бездумно и добровольно идем по пути морального разложения, декаденса, культурного упадка, в конце которого нас ждет самоуничтожение.

И в Германии, и в России сегодня на десятках телевизионных каналов открыто и беззастенчиво пропагандируются низменные чувства, исподволь насаждаются хамство и наглость, ложь и обман, гедонизм и разгульный образ жизни, безобразное пренебрежение к человеку труда, к созидателю, и во все тяжкие пропагандируются пьянство, наркомания, страх, беззастенчи­вость, предательство,  национальная вражда и другие пороки, имя которым легион, а национальной идеей объявлено поклонение «золотому тельцу»!..

Русские люди, обратитесь же к опыту Германии! Разве в нашем обществе, всеми признанном как благополучное и процветающие, появление кровавых банд анархистов-террористов, например, знаменитой банды «Баадер-Майхоф», не свидетельствует о вырождении нашей  культуры? А разве то, что в Германии каждый десятый ребенок, мягко выражаясь, рождается неполноценным не свидетельствует о начале дегенаративных процессов нации и не из их ли рядов идет пополнение банд безмозглых террористов-человеконенавистников, убийц, растлителей малолетних и насильников?

У нас на глазах наши государства превращаются в арену, где во власти действует кучка жадных политических эгоистов, торгующих интересами наших наций, ведущих к разрушению онтологических связей с такими реальностями, как церковь, национальность, национальная культура, государство!?

И разве не от нас зависит останется ли Европа, как и в прежние времена территорией христианской цивилизции или погрузится в бесформенную людскую массу, находящуюся вне национального и религиозного сознания, которой будут бесстыдно манипулировать вненациональные, внерелигиозные проходимцы, прибравшие в свое время к своим рукам мировые богатства и претендующие на мировое владычество?

В условиях общих бед и проблем, в которых находятся немцы и русские, в условиях общих задач по спасению христианской цивилизации и белой расы совершенно не приходится вести речь о цивилизационной пропасти между Западом и Востоком. И, особенно, между Германией и Россией.

Это явление по своей исторической природе есть нонсенс! Речь в нашем дискурсе должна идти не о цивилизационной пропасти между Западом и Востоком, а о поисках точек соприкосновения для нашей совместной борьбы за выживание, за то, чтобы не наступил «фукиямовский» конец истории.

Ситуация необходимости превращения наших «пан(ов)» - «панславизма» и «пангерманизма», как глобальных политических течений, еще недавно тотально занимавших и отравляющих наше сознание, противопоставляющих наши народы друг другу, в «Единый Союз» всех народов Европы давно созрела и даже уже перезрела.

О том, что на этом пути наш ждет успех, наглядно свидетельствует история немецких колонистов России. Ведь мы, германороссы, волею исторической судьбы стали прообразом так необходимого нам сегодня «Германо-Русско-Европейского Союза».

 Германия. Январь 2011 год

 

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС