Мариенгоф Анатолий Борисович
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ М >

ссылка на XPOHOC

Мариенгоф Анатолий Борисович

1897 - 1962

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Анатолий Борисович Мариенгоф

Анатолий Мариенгоф, Сергей Есенин, Александр Кусиков, Вадим Шершеневич.
Москва, 1919 г.

Мариенгоф Анатолий Борисович (1897 - 1962), поэт, прозаик, драматург. Родился 24 апреля в Нижнем Новгороде в дворянской семье с хорошими культурными традициями, исконным демократизмом, где царили любовь и уважение друг к другу.

Окончив частный пансион, поступает в привилегированный Дворянский институт императора Александра II. Отец не одобрял этот выбор, и через некоторое время А.Мариенгоф поступает в обычную гимназию. Отец оказал определяющее влияние на жизнь, мировоззрение и творчество сына.

По окончании гимназии отправляется в 1916 на фронт и служит в инженерно-строительной дружине. Здесь пишет первую пьесу в стихах "Жмурки Пьеретты", которая имела успех у слушателей.

Об Октябрьской революции узнал в вагоне, когда ехал в отпуск в Пензу. Возвращение сюда совпало с трагедией: во время атаки города чехословацкими батальонами случайной пулей был убит отец. В эти годы начинает всерьез заниматься поэзией, писать стихи. Как позже напишет - "влюбился в метафору", называл ее по-французски - имаж (образ). Позже был организатором (вместе со своим другом И.Старцевым) группы имажинистов. За свой счет напечатали в Пензенской типографии сборник "Исход".

С чемоданом, набитым экземплярами "Исхода", приехал в 1918 к своему дяде, занимавшему должность комиссара водного транспорта, который познакомил его с зав. издательства ВЦИК К.Еремеевым, поддержавшим молодого поэта. В этом издательстве Мариенгоф познакомился с С.Есениным, ставшим его другом. Есенин ввел его в круг молодых поэтов, создавших новое направление в русской поэзии - имажинизм. Сначала поэты собирались в кафе Всероссийского союза поэтов "Домино", с 1919 - в кафе "Стойло Пегаса". Организовали издательство "Имажинисты", где выпустили с 1922 по 1924 четыре номера журнала "Гостиница для путешествующих в прекрасном" и ряд сборников "Имажинисты". В 1920 выходит его программная работа "Буян-остров. Имажинизм", где пишет: "Одна из целей поэта вызвать у читателя максимум внутреннего напряжения. Как можно глубже вонзить в ладони читательского восприятия занозу образа..." В 1922 выпускает пьесу "Заговор дураков", в 1926 появляются его прозаические произведения - "Роман без вранья", в 1928 - "Циники". Этот роман (вместе с романом Е. Замятина "Мы") был осужден на общем собрании писателей как "антиобщественные проявления в области литературы".

В 1930 Мариенгоф почти не печатается, его постепенно забывают читатели и издатели. Он пытается искать новые формы, обращается к драматургии. Во время войны его приглашают работать на ленинградское радио, где он выступает с чтением своих стихов и поэм о войне.

В 1953 начинает писать свое лучшее прозаическое произведение - "Мой век, моя молодость, мои друзья и подруги" - книгу о своем детстве, юности, выдающихся современниках, с которыми приходилось встречаться и дружить. Несколько раз перерабатывал. Только после смерти, в 1965, книга была напечатана в журнале "Октябрь". В 1988 была опубликована первая редакция книги, переданной когда-то самим писателем в библиотеку им. М.Е. Салтыкова-Щедрина.

В последние годы увидели свет и другие произведения Мариенгофа: стихи, некоторые пьесы, киноповесть о Ермаке, исторический роман "Екатерина".

Умер А.Мариенгоф в Ленинграде в день своего рождения, 24 апреля 1962.

Использованы материалы кн.: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.


Сергей Есенин, Анатолий Мариенгоф, Велимир Хлебников. Харьков, 1920 г.

Мариенгоф Анатолий Борисович [24.6(6.7).1897, Нижний Новгород — 24.6.1962, Ленинград] — поэт, прозаик, драматург, мемуарист.

Родился в семье служащего, выходца из Лифляндии (Южная Эстония, отошедшая по Ништадтскому мирному договору со Швецией к России). Благодаря дворянскому происхождению матери некоторое время учился в нижегородском Дворянском институте императора Александра II, привилегированном среднем учебном заведении. В связи с переводом отца по службе в Пензу Мариенгоф оставил институт.

В 1916 окончил пензенскую гимназию, был мобилизован на Западный фронт, где служил в инженерно-строительной дружине.

В событиях 1917 Мариенгоф непосредственного участия не принимал, но несколько позже (1918) свое отношение к ним выразил так: «Верьте, я только счастливый безумец, / Поставивший все на Октябрь». Возвратившись в Пензу, Мариенгоф печатает в пензенской губернской типографии «революционный альманах» «Исход».

В 1919 Мариенгоф — секретарь издательства ВЦИК в Москве, здесь знакомится и сближается с С.Есениным и В.Шершеневичем. Подпись Мариенгоф стоит под манифестом русского имажинизма («Декларация», февр. 1919), а его стихи печатаются в многочисленных имажинистских сборниках начала 1920-х.

Несколько десятилетий спустя Мариенгоф напишет о тогдашних своих взглядах: «Не чуждо нам (Есенину и Мариенгофу.— Ред.) было и гениальное мракобесие Василия Васильевича Розанова» (Мой век... С.402). М. вполне разделяет розановское (периода «Апокалипсиса нашего времени») понимание революции 1917 как разрешение конфликта между Христом и Солнцем-Иеговой в пользу второго. Но «счастливый безумец» идет дальше, он и Солнце лишает каких-либо сакральных прерогатив, рассматривая его лишь как некий «осветительный прибор», единственная функция которого — выхватить из тьмы времен «Я». В «Революционной Троице» (Свобода, Равенство, Братство) поэта привлекает, пожалуй, лишь свобода, понимаемая вполне по-штирнеровски. Не случайно, что «анархия» становится «лейт-словом» в поэме Мариенгофа «Кондитерская солнц» (1919).

Вскоре, однако, восторг «счастливого безумца», намеренного «стихов серебряные росы» вручать «только тем, кто несет погромные колья», обретает и определенное эмоциональное противотечение: «Я знаю, увять и мне» (поэма «Слепые ноги»). И если совсем недавно поэт призывал кровь Христа «выплескивать, как воду из рукомойника», ради «живой жизни», то в 1920 в «мрачно-красивой» (В.Львов-Рогачевский) поэме «Сентябрь» он приходит к мысли о самоубийстве («Открою у ладони синий желоб. / Прольется кипяток. / Вольется лед»).

Поэзия Мариенгофа-имажиниста глубоко пессимистична. Хотя «Стихами чванствую» и «Развратничаю с вдохновеньем», но наступает «Разочарование», и впору сделать «Руки галстуком». Так, определенным образом соединив названия некоторых поэтических сборниках Мариенгофа 1919-20, можно было бы определить миро- и жизнеощущение поэта в этот период, учитывая, разумеется, игровой, нарочито-эпатажный характер этих названий.

Теоретик «ритмического стиха» и композитор А.Авраамов писал о поэзии Мариенгофа: «...вот он, преодоленный (не первозданный) хаос верлибра» (Авраамов А,— С.20). По его мнению, для описания ритмического строя стихов Мариенгофа требуется отказ от обычной «метрической номенклатуры» и переход к более тонко дифференцирующей «номенклатуре музыкальной». «По самодовлеющей мощи архитектоники и захватывающему лиризму», полагал он, стихи Мариенгофа могут быть сравнимы с музыкой Баха. Есенину в качестве «музыкального аналога» назывался Гендель. С другой стороны, изощренный ритм стихов Мариенгофа, зачастую осложненный разноударной ассонансной рифмой, сильно затрудняет их восприятие, вызывает ощущение хаотичности, некоего «сумбура вместо музыки».

В 1920 Мариенгоф выпускает брошюру по теории имажинизма «Буян-остров». Как теоретик имажинизма, он оказывается отнюдь не столь радикален, как, например, В.Шершеневич. Мариенгоф проповедует не «каталог образов», который можно с тем же успехом читать и от конца к началу, но «прекрасное целое», которое «прекрасно только в том случае, если прекрасна каждая из его частей» (Буян-остров. С.10). Правда, «прекрасное» Мариенгоф понимает по-своему. Он пишет: «Одна из целей поэзии — вызвать у читателя максимум внутреннего напряжения. Как можно глубже всадить в ладони читательского восприятия занозу образа», чему всего лучше служит соединение высокого и низкого, «совокупление соловья и лягушки» (Буян-остров. С.11-12).

В.Львов-Рогачевский писал о Мариенгофе что в его лирике нашли выражение «чувства и настроения хитровцев, утративших лик человеческий», добавляя: «Его могла бы спасти искренняя, горячая, непосредственная любовь» (Львов-Рогачевский В.— С.45). Слова критика оказались пророческими. Трудно без трепета читать в воспоминаниях Мариенгофастраницы, посвященные им жене, актрисе А.Никритиной. «Поэтический хитрованец» был спасен. Однако о Мариенгофе— лирическом поэте с середины 1920-х всерьез следует говорить лишь в прошедшем времени. Стихи он продолжал — от случая к случаю — писать и позже, но собранные воедино (Неизвестный Мариенгоф. С.91-151), они производят удручающее впечатление.

Мариенгоф начинает работать для театра (пьеса «Вавилонский адвокат», 1925). По его сценариям снимаются фильмы «Дом на Трубной» (1927), «Проданный аппетит» (1928) и др. После скандального успеха книги Мариенгофао Есенине «Роман без вранья» (3 изд. 1927-29) он обращается к прозе. Во многом созвучны западноевропейской литературе «потерянного поколения» романы Мариенгофа «Циники» и «Бритый человек» (в СССР опубл. лишь в «эпоху перестройки»). Кстати, сюжет «Бритого человека» (совслужащий «с правом ношения оружия» из зависти убивает поэта, а затем успешно выдает убийство за самоубийство) вполне мог позднее послужить отправной точкой для возникновения версии об убийстве С.Есенина. Результатом издания романов на Западе (в 1929 вышли в свет «Циники», а в 1930 — «Бритый человек») было 10-летнее (1930-40) едва ли добровольное молчание Мариенгоф как писателя в СССР.

В 1940 Мариенгоф снова начинает печататься, и в 1940-50-е Мариенгоф издает свыше полутора десятка пьес и комедий, вполне отвечающих «требованиям времени», однако у читателей и зрителей особым успехом не пользующихся. Вместе с тем значительный интерес представляют воспоминания Мариенгофа «Мой век, моя молодость, мои друзья и подруги», написанные в 1950-х.

Широкому читателю пока не известны некоторые пьесы Мариенгофа, киноповесть о Ермаке, исторический роман «Екатерина».

В.Ю.Бобрецов

Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики, поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 2. З - О. с. 526-528.


Далее читайте:

Русские писатели и поэты (биографический справочник).

Сочинения:

Буян-остров: Имажинизм. М., 1920;

Рождение поэта. Шут Балакирев: пьесы. П., 1959;

Роман без вранья. Циники. Мой век, моя молодость, мои друзья и подруги. Л., 1988;

Бритый человек. М., 1991;

Неизвестный Мариенгоф: Избранные стихи и поэмы 1916-1962 гг. СПб., 1996;

Стихотворения и поэмы. СПб., 2002. (Новая биб-ка поэта. Малая серия).

Литература:

Авраамов Арс. Воплощение: Есенин — Мариенгоф. М., 1921;

Григорьев С. Пророки и предтечи последнего завета: Имажинисты Есенин, Кусиков, Мариенгоф. М., 1921;

Львов-Рогачевский В. Имажинизм и его образоносцы. Ревель, 1921;

Аверин Б. Проза Мариенгофа // Роман без вранья; Циники; Мой век, моя молодость, мои друзья и подруги. Л., 1988. С.473-479;

Макарова И.А. Поэты русского имажинизма // Макарова И.А. Очерки истории русской литературы XX века. СПБ., 1995. С.42-82;

Ласкин А. Тросточка против безумия (штрихи к портрету поэта А.Б.М.) // Неизвестный Мариенгоф. СПб., 1996. С.152-199;

Русский имажинизм. История. Теория. Практика: сб. статей. М., 2003, 2005.

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС