Иоанн I Цимисхий
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ И >

ссылка на XPOHOC

Иоанн I Цимисхий

925-976

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Иоанн I Цимисхий

Иоанн I Цимисхий — византийский император в 969-976 гг. Родился около 925 г. в Иераполе, умер 11 января 976 г. в Константинополе. Происходил из знатного армянского рода Куркуасов, имел необычную внешность для армянина: белолицый и светловолосый с голубыми глазами и рыжей бородой. При невысоком росте обладал богатырской силой и был доблестным воином. Пришел к власти в результате им организованного заговора против своего дяди — императора Никифора II Фоки. В войне с арабами одержал крупную победу при Антиохии. В тяжелой военной кампании в Болгарии взял верх над войском киевского князя Святослава в решающей битве при Доростоле. Обратил Болгарию в провинцию империи. Иоанн Цимисхий заботился о больных и неимущих гражданах империи, облегчил налоговый гнет в Армении. Умер, возможно, в результате отравления; молва считала виновником его смерти евнуха паракимомена Василия.

Византийский словарь: в 2 т. / [ сост. Общ. Ред. К.А. Филатова]. СПб.: Амфора. ТИД Амфора: РХГА: Издательство Олега Абышко, 2011, т. 1, с. 367.


Иоанн I Цимисхий (около 925—976) происходил из семьи, давшей немало блестящих военачальников, являлся племянником Никифора Фоки. Иоанн провел многочисленные кампании на Востоке по приказу своего дяди, которого он убил в 976 году при соучастии супруги последнего. Он провел несколько победоносных кампаний в Сирии и остановился всего в 150 км от Иерусалима; кроме того, Цимисхий одержал ряд блестящих побед на Балканах. Он осуществлял смелую политику, направленную на достижение альянса с германскими императорами и женил одну из своих племянниц на будущем императоре Оттоне II. Цимисхий умер от болезни или был отравлен в начале 976 года.

Византия / Мишель Каплан. – М. : Вече, 2011. с. 393-394.


Иоанн I Цимисхий ('Ioannns Tsimisxns) (ок. 925 - 10.I.976) - византийский император (969-976) знатного малоазийского (армянского?) рода Куркуасов. Захватив престол в результате аристократического переворота, пошел на ряд уступок византийской церкви: в частности, по требованию патриарха Полиевкта отменил антицерковное законодательство Никифора II Фоки. Иоанну I Цимисхию удалось вытеснить русские отряды Святослава из Болгарии (971) и подчинить своей власти Северо-Восточную Болгарию; в 974-975 годы была занята Тивериада и другие сирийские города. Со "Священной Римской империей" был заключен союз (972). Иоанн I Цимисхий подавил мятежи враждебных правительству клик феодальной знати, возглавляемых Фоками, а также восстание стремившихся к отделению от империи восточных городов.

Советская историческая энциклопедия. В 16 томах. — М.: Советская энциклопедия. 1973—1982. Том 6. ИНДРА - КАРАКАС. 1965.


Иоанн I Цимисхий - Византийский император в 969— 976 гг. Род. ок. 925 г. + 11 янв. 976 г.

+ + +

Иоанн происходил из знатного армянского рода Куркуасов. По словам Льва Диакона, он был муж горячего нрава и, несмотря на то, что был очень маленького роста, выказал себя невероятно смелым и пылким в бою (Лев Диакон: 4; 3). Он был очень подвижен: в прыжках, игре в мяч, метании копья и стрельбе из лука он превосходил всех своих сверстников. Он так метко направлял дротик в цель, что тот пролетал через отверстие размером с кольцо. Недостатком его была привычка сверх меры напиваться на пирах. Пишут также, что он был жаден до телесных наслаждений (Лев Диакон: 6; 3). При Романе Втором Иоанн выдвинулся как способный военачальник. Позже он сыграл видную роль в провозглашении императором Никифора Фоки. За эти заслуги Никифор в 963 г. почтил Цимисхия званием магистра и сделал доместиком Востока (Лев Диакон: 3; 6). В 965 г. он дал ему достоинство дуки, но затем, заподозрив в измене, лишил своего благоволения и всех должностей и сослал в Халкидон (Лев Диакон: 4; 3).

Императрица Феофано уговорила мужа вернуть Иоанна из издания. Приехав в столицу, Цимисхий предстал перед императором и, получив позволение бывать во дворце каждый день, удалился. Будучи человеком горячим, смелым и удивительно склонным к дерзким предприятиям, он нашел средство проникать в покои Августы через подготовленные ею тайные входы, чтобы вести с ней переговоры о свержении императора Никифора с престола. Для этого он послал к Ней сильных и опытных в ратных Делах мужей, которых она укрывала у себя в темной каморке. Когда все было готово, ночью 10 декабря 969 г. Иоанн с немногими спутниками приплыл в лодке к Вуколеону. По веревке, спущенной их сообщниками, они забрались во дворец, затем обнажили мечи, ворвались в спальню императора (Феофано оставила ее открытой) и убили его. Когда все было кончено, Иоанн прошел в дворцовый зал, называемый Хрисотриклином, надел на ноги пурпурную обувь, сел на трон и стал размышлять, что ему делать дальше. Телохранители Никифора услышали о покушении, бросились на помощь своему господину и изо всех сил старались проломить железные ворота. Иоанн приказал вынести им голову убитого. Тогда они в один голос провозгласили Иоанна императором (Лев Диакон: 5; 6— 7, 9).

Через семь дней после переворота, укрепив свою власть, Иоанн хотел венчаться на царство, но патриарх Полиевкт объявил, что не позволит ему войти в храм до тех пор, пока он не удалит из дворца Феофано и не отменит введенные императором Никифором законы, направленные против церкви (законы эти сильно ущемляли власть патриарха и запрещали ему назначать епископов без согласия императора). Иоанн согласился: он сослал императрицу на остров Принкип и вернул синоду грамоту Никифора. Только тогда Полиевкт допустил Иоанна в Софию и венчал его.

Подобно своему предшественнику, новый император провел в походах и битвах большую часть царствования. Прежде всего он обратился к болгарским делам. Русскому князю Святославу, которого Никифор призвал в Болгарию, Иоанн велел удалиться обратно к Черному морю. Но Святослав отвечал, что не уйдет до тех пор, пока император не заплатит ему выкуп за все захваченные им в Болгарии города (Лев Диакон: 6; 3). Поскольку это условие не могло быть принято, император послал против Святослава магистра Варду Склира. Русские вторглись во Фракию, опустошили ее всю огнем и грабежами и разбили свой лагерь неподалеку от Аркадиополя. Однако в большой битве с Вардой они были разбиты и отступили (Скилица). Одновременно с нашествием русских императору пришлось отражать другую угрозу — в Азии поднял мятеж племянник убитого Никифора Варда Фока. Весной 970 г. Иоанн двинул против мятежников Варду Склира. Фока бежал, но вскоре его захватили и постригли в монахи. После этого Иоанн женился на дочери Константина VII Феодоре, которая не особенно выделялась красотой и стройностью, но зато была отмечена всеми добродетелями (Лев Диакон: 7; 1, 3, 6, 8-9).

Весной 971 г. Иоанн выступил в поход против Святослава. Узнав, что горные проходы через Балканы никем не охраняются, ромеи ускоренным маршем прошли через них и вторглись в Боягарию. Русские, застигнутые врасплох, выстроились в боевой порядок перед болгарской столицей Преславой. Начался упорный бой, и ни одна сторона не могла взять верх. Только после того, как император бросил на левое крыло русских отряд тяжелой кавалерии (их называли «бессмертными»), враги не выдержали натиска и бежали под защиту города. На другой день ромеи ворвались в Преславу и захватили огромную добычу: в руки к ним попала вся царская казна, а среди пленников оказался болгарский царь Борис. Оставшиеся в живых русы были оттеснены к царскому дворцу и здесь перебиты. Тем временем сам Святослав с главными силами находился у Доростола. Не медля ни дня, император двинулся на него и через неделю уже подступил к этому городу.

Русские, плотно сомкнув шиты и копья, ожидали противника перед Доростолом. Иоанн построил свои войска, расположив одетых в панцири всадников по бокам, а лучников и пращников позади, и повел фалангу в бой. Завязалась яростная битва. В первых схватках обе стороны сражались с одинаковым успехом, так что до самого вечера нельзя было определить победителя. Но, когда солнце стало клониться к закату, император бросил против русов всю конницу Враги обратились в бегство и были оттеснены за стены (Лев Диакон: 8; 2, 4—10). На следующий день Иоанн приказал копать ров, насыпать вал и всячески укреплять лагерь. В последуюшие дни русские постоянно совершали вылазки, то и дело происходили жаркие схватки. Наконец, угнетаемый голодом и потерями, Святослав 21 июля вывел своих воинов на решительную битву. Натиск русов был такой силы, что ромеи стали поспешно отступать. Император, видя отход своего войска, созвал приближенных к себе воинов, изо всех сил сжал копье и сам помчался на врага. В это время разразился ураган. Beтер дул в сторону русов, неся на них дождь и пыль. Это было на руку ромеям. Русские не выдержали натиска конной фаланги и обратились в бегство. Потеряв в сражении множество воинов, Святослав на другой день послал просить мира. Иоанн с радостью согласился и позволил оставшимся в живых уйти . без всяких препятствий из Доростола. Таким образом, он, сверх всякого ожидания, всего за четыре месяца разгромил огромную армию русов и покорил большую часть Болгарии (Лев Диакон: 9; 1, '3,8,10-12).

Летом 972 г. Иоанн двинулся в Сирию против арабов. Переправившись через Евфрат, ромеи взяли Эдмет, Миефаркиму и стали наступать на Багдад, но трудности пути и недостаток воды заставили их от-казаться от похода. Император повернул обратно в столицу. В 975 г. Иоанн совершил новый поход, на этот раз в Палестину и Сирию. Poмеи штурмом взяли Апамею. Дамаск сдался Цимисхию без боя. Он перевалил через Ливан, занял сильную крепость Ворзо, потом проник в Финикию, где овладел Бейрутом. На обратном пути Иоанн выразил свое неудовольствие проедру Василию, и тот, опасаясь опалы, замыслил устранить императора. Иоанну подали отравленный напиток. На следующий день члены его одеревенели, всем телом овладела слабость. Цимисхий поспешил вернуться в столицу. Он прибыл сюда уже обессиленный, с затрудненным, прерывистым дыханием, и умер II января (Лев Диакон: 10; 1, 4, II).

Все монархи мира. Древняя Греция. Древний Рим. Византия. Константин Рыжов. Москва, 2001 г.  


Иоанн I Цимисхий (ок. 925 - 976, имп. с 969)

Иоанн по прозвищу Цимисхий (возм., от армянского “cmusk” - туфелька) (за малый рост) родился в Иераполе. Происходил он из знатного армянского рода Куркуасов, представителей военно-землевладельческой знати. При Романе II и Никифоре II он выдвинулся как способный военачальник. Иоанн был честолюбив, очень храбр и склонен к дерзким предприятиям.

«Лицо [он имел] белое, здорового цвета, глаза голубые, взгляд острый, нос тонкий, соразмерный, борода вверху рыжая и слишком суженная по сторонам, а внизу правильной формы и не подстриженная. Он был малого роста, но с широкой грудью и спиной; в нем таилась гигантская сила, руки обладали ловкостью и непреодолимой мощью; геройская душа его была бесстрашна, непобедима и отличалась поразительной для такого маленького тела отвагой. Он один без боязни нападал на целый отряд и, перебив множество [врагов], с быстротой птицы возвращался к своему войску, целый и невредимый. В прыганье, игре в мяч, метании копья и стрельбе из лука он превосходил всех своих сверстников. Говорят, он выстраивал в ряд четырех скакунов и, птицей мелькнув над тремя из них, садился на последнего. Он так метко направлял дротик в цель, что тот пролетал через отверстие величиной с кольцо... Он клал кожаный мяч на дно стеклянной чаши и, пришпорив коня, проносился на полном скаку, ударяя по нему рукоятью копья так, что мяч подпрыгивал и устремлялся в воздух, чаша же оставалась... целой и не двигалась с места. Он всех превосходил щедростью и богатством даров... Но недостаток Иоанна состоял в том, что он сверх меры напивался на пирах и был жаден к телесным наслаждениям» [48, с. 52].

В субботу 11 декабря 969 г., когда неубранный труп Никифора Фоки еще валялся во дворце, солдаты Цимисхия, разъезжая по улицам Константинополя, славили его как императора. Василий Ноф поддержал Иоанна, начавшиеся было в городе волнения прекратились. Но патриарх Полиевкт, человек суровый и решительный, отказался венчать на трон узурпатора, обвинив его в грехе цареубийства. Тогда последний прилюдно, в церкви, поклялся в том, что не убивал василевса, а де совершили это его друзья - и назвал заговорщиков по именам. Затем он добавил, что умерщвление Никифора организовала августа Феофано. Предав, таким образом, своих сообщников, которые тут же были сосланы, Цимисхий обрел право на коронацию, которая и состоялась 25 декабря. Надо сказать, что византийские историки, в общем осуждая Цимисхия за вероломство и убийство Никифора II, единодушно сходятся в положительной оценке его как правителя.

Положение государства на момент узурпации власти Цимисхием было тревожным: «Недостаток съестных припасов и повсюду распространившийся голод третий год пожирали ромейскую державу; угрожало ничего хорошего не предвещавшее нашествие росов; карфагеняне [африканские мусульмане. - С.Д.] и арабы намеревались напасть на только что покоренную ромеями сирийскую Антиохию» [48, с. 53]. Император незамедлительно принял надлежащие меры: срочный подвоз продовольствия предотвратил голодный бунт в столице, а к Антиохии отправилась сильная армия. Василевс отстранил от власти всех родственников своего предшественника, но на тотальные репрессии против Фок не осмелился.

Весной 970 г., когда не успел еще стаять снег, тридцатитысячное русское войско великого князя киевского Святослава Игоревича, усиленное отрядами болгар и венгров, появилось у Аркадиополя. В тяжелом сражении византийцы под командованием магистра Варды Склира (сам император находился в Сирии, где только что овладел Алеппо) буквально вырвали победу у неприятеля. В это время в Малой Азии восстал сын куропалата Льва, Варда Фока. Отряды Склира были срочно переброшены туда из Фракии. Посулами и обещаниями Склир склонил к измене часть мятежников, а остальных без большого труда разгромил, причем пленные по распоряжению императора были ослеплены.

Несмотря на временное затишье, царившее во Фракии, Цимисхий прервал сирийский поход и заторопил войска с переправой через Геллеспонт в Европу. Святослав же не собирался покидать Болгарию без выкупа, а провизантийски настроенных болгар усмирял жестоким террором (Лев Диакон сообщает о двадцати тысячах - явно, впрочем, завышенная цифра - посаженных на кол «росами», как греки называли русских, после взятия Филиппополя). Магистр Иоанн Куркуас, командующий фракийской армией, предавался пьянству, и русские одерживали над византийцами победу за победой. Послам Цимисхия князь отвечал «надменно и дерзко» - пусть-де ромеи убираются в Азию. В ответ император, напоминая «катархонту росов» о плачевном финале походов его отца Игоря против Византии и древлян, писал: «Я думаю, что и ты не вернешься в свое отечество, если вынудишь ромейскую силу выступить против тебя - ты найдешь погибель здесь со всем своим войском, и ни один факелоносец 1) не прибудет в Скифию, чтобы возвестить о постигшей вас страшной участи».

Это послание рассердило Сфендослава [Святослава. - С.Д.] и он... послал такой ответ: «Я не вижу никакой необходимости для императора ромеев спешить к нам; пусть он не изнуряет свои силы на путешествие в сию страну-мы сами разобьем вскоре свои шатры у ворот Византия... а если он выйдет к нам, если решится противостоять такой беде, мы храбро встретим его и покажем ему на деле, что мы не какие-нибудь ремесленники, добывающие средства к жизни трудами рук своих, а мужи крови, которые оружием побеждают врага» [48, с. 57].

Весной 971 г. Иоанн I во главе большого, прекрасно оснащенного войска выступил на север. Передовой отряд русских, не ожидавших нападения, отступил в Преславу. 12 апреля под Преславу прибыл сам васи-левс. Калокир 2), находившийся в городе, заслышав трубы, игравшие приветствие царю, бежал с этой вестью к князю, находившемуся в крепости Доростол (римский Дуросторум или Дристра, позднее - Силистрия). Спустя два дня Преслава пала, царь Петр и казна Болгарии достались ромеям, а семитысячный отряд русских, засевший во дворце, был уничтожен. Император во время штурма храбро бился в передовых шеренгах своего войска.

Через неделю Цимисхий был уже под Доростолом, где сосредоточилось около шестидесяти тысяч (по византийским источникам) «скифов». Греков уже ждали: «Тавроскифы плотно сомкнули щиты и копья, придав своим рядам вид стены, и ожидали противника на поле битвы. Император выстроил против них ромеев, расположив одетых в панцири всадников по бокам, а лучников и пращников позади, и, приказав им безостановочно стрелять, повел фалангу в бой.

Воины сошлись врукопашную, завязалась яростная битва, и в первых схватках обе стороны долго сражались с одинаковым успехом. Росы, стяжавшие среди соседних народов славу постоянных победителей в боях, считали, что их постигнет ужасное бедствие, если они потерпят постыдное поражение от ромеев, и дрались, напрягая все силы. Ромеев же одолевали стыд и злоба [при мысли о том], что они, побежденные оружием и мужеством своих противников, отступят как неопытные в битвах новички и потеряют в короткое время свою великую славу, потерпев поражение от народа, сражающегося в пешем строю и вовсе не умеющего ездить верхом [конница у Святослава была, но не русская, а союзная, печенежская. - С.Д.]. Побуждаемые такими мыслями, [оба] войска сражались с непревзойденной храбростью; росы, которыми руководило их врожденное зверство и бешенство, в яростном порыве устремлялись, ревя как одержимые, на ромеев, а ромеи наступали, используя свой опыт и военное искусство.

Много [воинов] пало с обеих сторон, бой шел с переменным успехом, и до самого вечера нельзя было определить, на чью сторону склоняется победа. Но когда светило стало клониться к западу, император бросил на [скифов] конницу во весь опор; громким голосом призывал он воинов показать на деле природную ромейскую доблесть и вселил в них бодрость духа. Они устремились с необыкновенной силой, трубачи протрубили к сражению, и могучий клич раздался над ромейскими рядами. Скифы, не выдержав такого натиска, обратились в бегство и были оттеснены за стены...» [48, с. 73, сл.]

Иоанн построил по правилам ромейской военной науки укрепленный лагерь, и потянулись долгие месяцы осады и коротких стычек. Русские наносили грекам сильный урон снарядами из метательных машин, а греки поражали их стрелами снизу. Затем ромеи установили тяжелые осадные камнеметы, и потери среди воинов Святослава увеличились очень быстро. «Скифы» совершили удачную вылазку, убив командующего артиллерией ромеев магистра Иоанна Куркуаса. На следующий день, 19 июля, русские, воодушевленные вчерашней победой, попытались пробить себе путь к свободе. Жестокий бой кипел несколько часов, и к вечеру стало ясно, что победа на этот раз досталась грекам. Русские похоронили убитых по своему обряду и, желая умилостивить своих богов, принесли им языческие жертвы: «Они нагромоздили их [мертвых] перед стеной, разложили много костров и сожгли, заколов при этом, по обычаю предков, много пленных, мужчин и женщин. Совершив эту кровавую жертву, они задушили [несколько] грудных младенцев и петухов, топя их вводах Истра» [48, с. 78].

На рассвете 21 июля Святослав созвал приближенных на совет. «Повесть временных лет» сохранила речь князя (текст которой очень похож на соответствующее место у Льва Диакона): «Уже намъ некамо ся дети, волею и неволею стати противу; да не посрамимъ земле Руские, но ляжемъ костьми, мертвыи бо срама не имамъ. Не имамъ убежати, но станемъ крепко, азъ же предь вами поиду: аще моя глава ляжеть, то промыслите собою» [204, с. 206].

Согласно Скилице, Иоанн I предложил князю пощадить войска и решить судьбу войны поединком, но тот отказался «и прибавил издевательские слова, что он, мол, лучше врага понимает свою пользу, а если император не желает более жить, то есть десятки тысяч других путей к смерти; пусть он и изберет, какой захочет» [48, с. 131]3).

В пятницу 21 июля началось последнее сражение. Святослав, находившийся в гуще схватки, едва не погиб от руки бывшего среди ромеев Анемаса, сына последнего критского эмира. Великого князя спасли крепкая кольчуга и щит. Иоанн Цимисхий также бился среди своих катафрактов. Магистр Варда Склир обошел русских с тыла, они дрогнули, побежали, и началось избиение отступавших. Святослав, израненный стрелами, чуть не попал в плен, остатки его дружин спаслись за доростольскими стенами. «Всю ночь провел Сфендослав в гневе и печали, сожалея о гибели своего войска. Но, видя, что ничего уже нельзя предпринять против несокрушимого всеоружия [ромеев], он счел долгом разумного полководца не падать духом под тяжестью неблагоприятных обстоятельств и приложить все усилия для спасения своих воинов. Поэтому он отрядил на рассвете послов к императору Иоанну и стал просить мира на следующих условиях: тавроскифы уступят ромеям Дористол, освободят пленных, уйдут из Мисии и возвратятся на родину, а ромеи дадут возможность отплыть, не нападут на них по дороге с огненосными кораблями... а кроме того, снабдят их продовольствием и будут считать друзьями тех, которые будут посылаемы по торговым делам в Византий, как было установлено прежде.

Император почитал мир гораздо больше войны, потому что знал, что мир сохраняет народы, а война, напротив, губит их. Поэтому он с радостью принял эти условия [росов], заключил с ними союз и соглашение и дал им хлеба — по два медимна на каждого. Говорят, что из шестидесятитысячного войска росов хлеб получили только двадцать две тысячи человек, а остальные тридцать восемь тысяч погибли от оружия ромеев. После утверждения мирного договора Сфендослав попросил у императора позволения -встретиться с ним для беседы. Государь не уклонился и, покрытый вызолоченными доспехами, подъехал верхом к берегу Истра, ведя за собой многочисленный отряд сверкавших золотом вооруженных всадников. Показался и Сфендослав, приплывший по реке на скифской ладье; он сидел на веслах и греб вместе с его приближенными, ничем не отличаясь от них. Вот какова была его наружность: умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с мохнатыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны ее свисал клок волос - признак знатности рода; крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерные, но выглядел он угрюмым и диким. В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамленным двумя жемчужинами. Одеяние его было белым и отличалось от одежды его приближенных только чистотой. Сидя в ладье на скамье для гребцов, он поговорил немного с государем об условиях мира и уехал. Так закончилась война ромеев со скифами» [48, с. 81, сл.].

Епископ Феофил Евхаитский по поручению императора отправился с посольством к печенегам, требуя беспрепятственно пропустить Святослава, возвращавшегося с добычей (Цимисхий оставил князю все взятое русскими в Болгарии) на ладьях через днепровские пороги. Однако Куря, князь печенежский, не захотел слушать василевса ромеев, напал на шедшего с небольшой дружиной Святослава, всех перебил, богатства забрал себе, а из черепа победителя болгар приказал сделать чашу. Большая часть русских войск дошла до Киева сухим путем.

Бытует легенда, что именно ромеи посоветовали Куре напасть на Святослава, но это, скорее всего, вымысел. По «Повести временных лет» именно обиженные жестокостью русского вождя жители Преслава сообщили печенегам, что добыча на ладьях киевлян огромная, а охраны мало.

Возвратившись, Иоанн I справил триумф. Император от Золотых Ворот столицы - традиционного места, где начинались шествия, - шел пешком, а на богато убранной колеснице, запряженной четверкой белых коней, на ворохе пышных одеяний болгарских царей везли икону Богоматери Влахернской - патронессы ромейского войска. На форуме Иоанн в знак ликвидации суверенитета северо-западной Болгарии (Паристриона) снял царский венец с головы Бориса и передал его патриарху. На земли, опустошенные войной, были переселены жители фем Малой Азии.

Теперь император мог обратиться на Восток, не опасаясь удара с тыла. Летом 972 г. Цимисхий с огромной армией перешел Евфрат и вторгся во владения ислама. Василевс вновь блестяще проявил свои военные таланты: византийцы захватили Амиду, Мартирополь и старую крепость Нисибис. Летом следующего года арабы в отсутствие Иоанна потеснили христиан, но весной 974 г. он прибыл на театр военных действий и исправил положение. За год Цимисхий прошел Сирию и Палестину, взяв Эмесу, Гелиопольс, Назарет и Кесарию Палестинскую, а к весне следующего, 975 г. ему сдалась древняя столица халифата арабов Дамаск. Лишь недостаток воды в пустыне Баб-эль-Хамран не позволил грозному императору прорваться к Багдаду.

Внутренней политикой Византии при Иоанне I, большую часть своего недолгого царствования посвятившего далеким походам, заведовал паракимомен Василий Ноф. Василий вернулся к земельному устройству времен Константина VII, поддерживая стратиотов и свободное крестьянство в ущерб интересам магнатов.

С начала 970-х гг. церковная подать - каноникон - была узаконена и стала взиматься наряду с государственными (однако каноникон был значительно меньше десятины, которую требовало себе западное духовенство).

Паракимомен, обустраивая дела государства, не забывал и себя. Алчность Василия вызывала возмущение не только народа и синклити-ков, за счет которых обогащался предприимчивый сын Романа I, но и императора. Летом 975 г., проезжая по цветущим равнинам Месопотамии, василевс, обращаясь к спутникам, посетовал, что ромеи-де тратят силы в походах, а все богатства достаются евнуху. Узнав про такие слова, Ноф усмотрел в них скрытую угрозу и решил избавиться от повелителя. Осенью Цимисхий был отравлен. Почувствовав приближение смерти, он вернулся из Азии в Константинополь. Василевс ослабел настолько, что еле держался в седле. Зодчие спешно достраивали храм Спасителя в Халке, а искусные мастеровые делали царю достойный гроб. Цимисхий угасал с каждым даем, все более забываясь в молитвенном экстазе. «Такой конец жизни обрел император Иоанн, муж небольшого роста, но геройской силы, который в боях был доблестен и непобедим, в опасностях же храбр и бесстрашен» [48, с. 94]. Умер он 10 или 11 января 976 г.

При Иоанне Цимисхии (в 974 г.) в Византию из Рима бежал, прихватив папскую казну, папа Бонифаций VII.

Примечания

1) Это — метафора. В спартанской армии жрец-факелоносец, пирофор, охранялся наиболее тщательно, и если доходило до его гибели, то это значило, что все войско разгромлено.

2) После гибели Никифора II, своего патрона, Калокир побратался — неслыханное для ромейского патрикия дело — со Святославом по языческому обычаю и стал его союзником в борьбе против Цимисхия.

3) Не исключено, что данное место заимствовано Скилицей у Плутарха. В «Сравнительных жизнеописаниях» подобный диалог ведут Пирр и Антигон (см: Плутарх. Сравнительные жизнеописания. М., !990. Т. I, с. 504).

Использованы материалы кн.: Дашков С.Б. Императоры Византии. М., 1997, с. 190-196.


Далее читайте:

Византия (краткая справка).

Хронологические таблицы и по векам - | IV | V | VI | VII | VIII | IX | X | XI | XII | XIII | XIV | XV |  

Константинопольские патриархи (биографический справочник).

Источники:

Leo Diaconus, Historiae..., Bonnae, 1828;

Cedrenus Georgius, Corpus scriptorum historiae Byzantinae, Bd 2, Bonnae, 1839.

Литература:

Карышковский П. О., О хронологии русско-византийской войны при Святославе, в сб.: Визант. врем., 1952, т. 5;

Острогорски Г., О византиском државним сељацима и воjницима - две повеље из доба Jована Цимиска, Глас САН (No) 214. Отделење друштвених наука, кн. 3, Београд, 1954;

Schlumberger G., L'épopée byzantine а la fin du dixième siècle, P., 1896.

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС